Качество образования в период пандемии. Мнение профессора ЮНЕСКО, кандидата химических наук.

М.Г. Беренгартен
Сегодня с нами профессор ЮНЕСКО, кандидат химических наук, профессор кафедры «Аппаратурное оформление и автоматизация технологических производств» Московского политеха, международный эксперт Профаккредагентства Михаил Георгиевич Беренгартен.

ПОЛНОЦЕННЫЙ ПРИЕМ ЭКЗАМЕНОВ И ЗАЧЕТОВ В ОНЛАЙН-ФОРМАТЕ НЕОСУЩЕСТВИМ.

Готовы ли образовательные организации к переходу на массовое онлайн-образование?

На мой взгляд, с позиций технического обеспечения практически все вузы вполне готовы к переходу на цифровые технологии. Это показали первые дни изоляции, телеконференции и прочие форматы работают. Совсем другое деле – содержательная часть. Я решил послушать несколько онлайн-лекций ведущих вузов, которые решили сделать свой контент (как спектакли Большого театра) доступными всем пользователям интернета. И честно говоря, пожалел бедных студентов, которым приходится такие лекции слушать.

Думаю, что стремление к немедленному использовании цифровых технологий, созданию онлайн-курсов привело, особенно у молодых преподавателей, к некоторому пренебрежению к лекциям, как к основному элементу процесса обучения в высшей школе. Несколько лет назад я дал совет молодому проректору нашего объединенного университета, выпускнику МГУ, по поводу сокращения количества лекционных аудиторий. Его ответ меня поразил: «А зачем нужны лекции в больших аудиториях? Это ведь фикция! Студенты на таких лекциях все равно будут играть в крестики-нолики!»

Для сравнения другой подход. Геннадий Алексеевич Ягодин, будучи министром образования СССР (1985–1991 гг.), каждую неделю по понедельникам в 9:00 приезжал в Менделевский институт и читал лекцию по экологии студентам первого курса. Студенты и другие слушатели не только в крестики-нолики не играли, они боялись пропустить каждую мысль, каждое слово, а оратор Г.А. Ягодин был прекрасный. Однажды после такой лекции я задал ему вопрос, как при такой загруженности он успевает каждую неделю читать лекции. Ответ его был весьма поучителен: «Как я смогу руководить образованием в целом, какое я имею на это право, если не буду видеть живые глаза студентов, которые учатся в университетах?» Сейчас чаще всего не только министры образования (за исключением, может быть, Владимира Михайловича Филиппова, руководившего Министерством образования в 1998–2004 гг.), но и ректоры ведущих университетов крайне редко читают лекции.

Какие изменения в технологию преподавания различных дисциплин необходимо вносить уже сейчас с тем, чтобы сделать их частью повседневного образовательного процесса?

Нужно, в первую очередь уделить внимание (пока не поздно, пока еще есть у кого перенимать опыт) основным методическим вопросам чтения лекций: и обычных, и тем более онлайн.

Как в условиях экстренной цифровизации образования изменились требования к учебным программам и курсам? Насколько они отвечают требованиям нормативных документов?

Экстренный переход к цифровым технологиям дает повод пересмотреть в сторону резкого сокращения количество нормативных документов. Нужно оставить лишь жизненно необходимые нормативные документы без мелочной регламентации отдельных вопросов, которые должны быть отданы на решение конкретного вуза и конкретного преподавателя.

Как осуществлять в настоящее время взаимодействие с работодателями, когда многие из них остановили свою работу? Не станет для них сотрудничество с образовательными организациями лишней нагрузкой?

Наоборот, сейчас еще в большей степени требуется взаимодействие, общение с работодателями. Оно и раньше, в «досамоизоляционную» эпоху, происходило в основном в удаленном формате, путем переписки, обсуждения основных документов. Сейчас это еще более актуально. Более того, у них появилось некоторое условно свободное время для того, чтобы обдумать проблемы взаимодействия с учебными заведениями. Нужно только правильно поставить перед ними вопросы.

Многие колледжи и вузы уже объявили, что будут принимать экзамены и зачеты в онлайн-формате. Насколько, на Ваш взгляд, объективной и полной будет оценка знаний? Что необходимо сделать для повышения объективности оценки компетенций студентов?

Остается только надеяться на то, что и студенты, и преподаватели с пониманием отнесутся к этой, надеюсь, временной проблеме. Полноценный прием экзаменов и зачетов в онлайн-формате, на мой взгляд, неосуществим. В конце концов для студентов младших курсов останутся в будущем государственные экзамены в традиционной форме (вот к этим экзаменам нужно будет подготовить дополнительные требования).

Национальный проект «Образование» предусматривает обеспечение к 2024 году глобальной конкурентоспособности российского образования и вхождение России в число 10 ведущих стран мира по качеству образования. Какие конкурентные преимущества российского образования необходимо развивать прежде всего?

В первую очередь я усилил бы внимание к фундаментальной подготовке, прежде всего в инженерном образовании. Это всегда была очень важная черта российского образования. К сожалению, уровень и доля фундаментального образования в последнее время упали в угоду сугубо практическим направлениям, таким как проектная деятельность и т. п. Считаю, что сейчас как раз наступило время серьезно подумать о сохранении традиций для того, чтобы российское образование было реально конкурентоспособным.
Всегда останутся молодые люди, желающие получить хорошее образование в хороших университетах. Выпускники школ не стали ни хуже, ни лучше по сравнению с выпускниками школ двадцати-, тридцати-, сорокалетней давности. Да, им недодали в школе знаний, натаскивая их на тестовые экзамены, но стремления молодежи заниматься той профессией, которая им нравится, остались и, далеко не всегда на первом месте у них меркантильные интересы.

Спасибо, Михаил Георгиевич, мы гордимся, что Вы с нами!